Существует ли обьяснение фейри?

Источник: «Explore Fairy Traditions» by Jeremy Harte

Перевела: #Саара,
Renard Occultisme

«Вера в фейри и эльфов весьма стара и до сих пор свято держится в умах некоторых людей. Но… истина в том, что нет ни подобных существ, ни даже их теней, – все это лишь вымыслы плешивых монахов да бритоголовых пройдох, которые стремились опутать простой народ невежеством, чтобы тот, однажды познав истину вещей, со временем не учуял лжи, скрытой в их неправедных барышах и корыстной вере, торгующих мессами» (Spenser 1910: 65). Что ж, с этим, стало быть, разобрались.

Многие английские авторы XVI и XVII веков считали самой собой разумеющимся, что вера в фейри – лишь один из многих «опиумов», какими приторговывала католическая церковь. Время шло, плешивые монахи все реже попадались на глаза, и на смену им в домыслах ученых мужей их место заняло то самое классическое жречество – друиды. Но своего логического апогея эта теория достигла лишь в 1803 году, когда Джеймс Кририй принялся доказывать, что друиды насаждали веру в фейри, потому что сами и были этими фейри. Спасаясь от мести новоокрещенного народа, они укрылись в своих прежних святилищах – курганах и кромлехах. Днем они таились, а по ночам выходили наружу, чтобы поесть и размять затекшие в тесноте конечности, поддерживая при этом свою легенду жуткими байками о маленьком народце, которому нужно оставлять угощения, которого порой можно застать за танцами, но которого нельзя, ни в коем случае нельзя тревожить. (Cririe 1803: 347–8).

Всякий, кто читал старые труды по фольклористике, наверняка встречал рассуждения на эту тему – правда, чаще речь идет уже не о друидах, а о пиктах или уцелевших людях каменного века. (MacRitchie 1890).  Фейри живут в полых холмах, потому что исчезнувшая раса обитала в землянках. Они могут появляться и исчезать, потому что исчезнувшая раса в совершенстве владела искусством скрытности. Они лохматы и одеты в лохмотья, потому что исчезнувшая раса не знала одежды. Они похищают женщин и детей, потому что исчезнувшей расе нужно было поддерживать свой род (Spence 1946: 115–31; Silver 1999: 45–50). И наконец, в качестве решающего довода в пользу этой теории, нам обычно напоминают, что фейри, по преданиям, пользовались кремневыми наконечниками стрел и боялись железа (Spence 1948: 181–2).

Перед нами, конечно же, родовая память о железе как о металле захватчиков (кельтов или кого там ещё), способных одним лишь блеском своих передовых технологий внушить трепет суеверным туземцам.

Хотя, возможно, и нет. Стоит начать понимать фейри слишком буквально — и где тут остановиться? Теория об «исчезнувшей расе» работает, лишь если считать предания о фейри набором фактов, которые надлежит объяснять один за другим, забывая при этом, что вся традиция состоит из историй, которые люди рассказывали друг другу ради собственных нужд — нужд воображения и культуры (MacCulloch 1932). Конечно, и само изображение фейри отдельной расой — расой, что предпочитала природное культурному, а камень железу, — вполне могло быть частью того же творческого замысла (cf. Breatnach 1993: 107). Но именно фольклористам, утратившим веру в фейри, понадобилось вернуть миру утраченные чары, сделав фейри «реальными» в археологическом смысле.

Теория «исчезнувшей расы» окутывала древнюю историю мифическим ореолом чар — и всё это время делала вид, будто сама она выше подобных материй (Harte 1998; Bown 2001: 166).

Закономерно, что последний фольклорист, всерьёз принявший теорию об исчезнувшей расе, наделён едва ли не самым завораживающим воображением среди всех, кто писал на эту тему. «Я полагаю, всё ещё остались места, где кровь фейри сильна, — говорит Алан Гарнер. — Я помню, как мне запрещали играть с одним из их мальчишек, потому что он считался „грязным и хитрым“. Вероятно, так оно и было. Но он мог бегать, как пёс, лазать по немыслимым деревьям и приучать диких птиц клевать хлебные крошки прямо у него из волос» (Garner 1969: 90).

Макритчи нашёл своих истинных фейри в Мейсхау и Ньюгрейндже; Гарнер, по всей видимости, — в трейлерном парке на окраине города. Как это часто бывает, подобный взгляд предвосхитила Кэтрин Бриггс, писавшая: «Всякого невесть откуда взявшегося чужака могли счесть фейри… и, пожалуй, цыгане окажутся последними по времени претендентами на это почётное звание» (Briggs 1959a: 542). Конечно, Бриггс прекрасно знала, что у цыган есть собственные легенды о фейри (Briggs 1970–1: B1.221), но дело было не в этом. Важна была сама идея «тайного народа» — говорящего на своём языке, живущего на диких, невозделанных землях, обладающего магическими силами, яростно оберегающего своих и нечистого на руку до чужого добра. Во всяком случае, именно так всё это виделось людям оседлым. Чтобы увидеть картину с другой стороны этой изгороди, обратимся к Дункану Уильямсону, представителю «странников». «У людей Иного Мира есть свобода, есть сила; им не страшны гонения со стороны местных, и потревожить их нельзя. Люди Иного Мира — часть природы, такая же, как и мы, странники» (Williamson 1985: 15).

Уильямсон говорит нам, что мы можем чуть лучше понять фейри (и странников), если увидим сходство между ними. Именно такие тонкие метафоры и разрабатывают в своём искусстве хорошие рассказчики.

Но есть и другой подход, – бастард этой метафоры: он гласит, что фейри и есть странники. Иными словами, когда люди говорили, что встретили фейри, всё, что они видели, — это цыгана в сумерках. И это заявляли на полном серьёзе (Trigg 1975: 161–3).

Когда люди вплетают в сказания о фейри смыслы, которые им по-настоящему дороги, сама история от этого ничуть не меркнет. Мы ищем ту истину, что возвысит поэзию предания, а не источит её. По крайней мере, я на это надеюсь, поскольку вторая половина этой книги будет посвящена именно метафорическим смыслам преданий о фейри. Обманутыми мы чувствуем себя тогда, когда сказания о фейри сводят к их истокам — или к тому, что за истоки принимают. На Шетландских островах есть своя местная разновидность фейри, называемых «троу» (trows); по крайней мере, так гласит народное поверье, однако один островитянин объяснил Алану Бруфорду, что троу — это всего лишь местные рыбаки, прятавшиеся в холмах от вербовщиков королевского флота (Bruford 1991: 124). История колоритная, но она и в подмётки не годится тому поверью, которое пытается заменить. Непостижимым образом объяснение вроде этого, силясь придать фейри правдоподобия, умудряется умыкнуть их прочь.

#погружение #перевод #витчкрафт